areopagitus (areopagitus) wrote,
areopagitus
areopagitus

Мой Камино. День 5.

Нахера — Граньон.

День начался в 6:30. Я сложил рюкзак и пошел чистить зубы. Возле умывальников встретил Антона. Поговорили о маршруте на день. Между им и мной умывался высокий кучерявый смуглый парень. Услышав русскую речь, он как-то удивленно хмыкнул, вытер лицо и спросил по-русски с сильным романским акцентом: «Ви русскийе?». «Да!» — ответили мы, уже привыкнув к сюрпризам, — «А ты?». «А я — каталанский!» — ответил парень. Его звали Джузеппе и он был из Жироны.

Вышли наружу. Пилигримы толпились у входа, помогая друг другу надеть рюкзаки и сверяя маршрут выхода из Нахеры. Джузеппе с еще тремя испанцами двинулись впереди нас. Я, Же и Антон начали вместе, но через несколько километров, в Азофре, разделились и я убежал нагонять испанцев, чья скорость подходила моей больше, чем скорость Антона, которого тоже стали одолевать мозоли и натертости и Же, которая в принципе ходила медленно.

Скорость на Камино является одним из главных факторов, наравне с общей физической подготовкой и внутренней мотивацией. Ее основное отличие от соседей заключается в том, что она абсолютно индивидуальна. Из сотен людей, которых я встретил за эти три недели, лишь немногие начинали и заканчивали Камино вместе, перемещаясь постоянно рядом. Обычно люди, идущие с разной скоростью, договаривались о конечном пункте на день и встречались уже там. Еще чаще бегун ждал спутников в следующей деревне, отдыхая в тенечке. Мы с Антоном первую половину пути пробовали оба способа, но во второй половине, забив на уговор, разошлись окончательно, чтобы встретиться уже в Сантьяго. Один голландец позже рассказывал, как на его глазах такая же участь постигала семейные пары, которые твердо переносили первые дни подстраиваний, но потом все равно один отпускал другого вперед. На Камино и так с верхом хватает вещей, которые приходится принимать во внимание. Зависеть от чужой скорости элементарно неудобно столько раз, сколько людей вовлечены в процесс.

С испанцами мы дошли до Санто Доминго де ла Кальзада – средних размеров городка с удивительным собором с живыми курами над входом. Остановившись в альберге, чтобы отметиться, я познакомился с волонотером из США. Он прошел Камино год назад и теперь работал на нем, перемещаясь каждые два месяца в новый альберге, получая новые назначения и новых сотрудников.
Идти было больно, потому что стертые в первый день ноги стали реальной проблемой: каждый вечер, начиная с первого, я высушивал мозоли и залечивал их специальным заживляющим кремом, чтобы на следующий день сорвать их и натереть новые. На пятый день, в Санто Доминго, я первый раз принял обезбаливающее, чтобы боль не мешала идти.

Испанцы остановились на обед. Я пошел дальше и в начале второго пришел в Граньон, в котором и хотел остановиться на ночь. Единственный в городке альберге находился в здании местно церкви, как раз в пристройке с колокольней. Из удобств были только мягкие маты без подушек и довольно приличный душ. Зато все компенсировалось наличием места для стирки, правда, ручной. Выменяв пол-пластинки обезбаливающего на немного концентрата для стирки, я постирал свои пожитки и развесил их прямо тут же, в колокольне. По соседству с голубями.

Подошли испанцы, Антон и Же. Двое смотрителей альберге начали шевелиться с ужином. Мы вызвались помочь и нам торжественно доверили нарезание овощей в салат. До ужина оставалось время и мы решили спуститься к мессе.

Месса, логично, шла на испанском. Довольно моложавый священник говорил, по-видимому, что-то мудрое, потому что прихожане постоянно кивали его словам. Службу он закончил неожиданно, спросив по-английски, есть ли среди прихожан пилигримы. Кроме меня поднялись еще несколько человек. Священник попросил нас подойти ближе. Мы стали полукругом перед ним. Он сначала говорил что-то по-испански (видимо пастве), а потом обратился к нам: «Я не знаю зачем вы идете в Сантьяго. И я уверен, что вы сами еще этого не знаете. Но продолжайте идти!».

Служба на этом закончилась и я вернулся в альберге. Там расставляли столы для ужина. Смотритель в уголке мастерски обрабатывал пятки финке. Я подошел к книжному шкафу, в котором, кроме обязательных апокрифов, были сложены книги, оставленные постояльцами, посмотреть, что нынче входит в библиотеку пилигримов. Понятное дело, там стоял Коэльо, несколько разговорников, путеводители по Испании. Была среди книг и одна на эстонском языке – «Поздняя любовь». Стоило, наверное, удивиться находке (ведь не так много эстонцев ходит по Камино де Сантьяго. Напрмер, с 1991 по 2004 там прошло и отметилось всего 10 человек из Эстонии), но я не удивился, предпочтя поискать в этом какой-нибудь очередной символизм. Подали ужин. После ужина мы совместно убрали за собой и всем, как и в Логроньо, предложили спуститься в церковь на вечернюю молитву. Не пошли лишь те, кто уже успел лечь спать. В церкви тоже уже собирались спать (помните про запрет отказа в ночлеге? Так вот иногда это приводило к тому, что самые поздние ходоки получали место для сна в самом помещении церкви и проводили ночь под настороженными взглядами святых) и поэтому наш ночной разговор был коротким. Мы просто по кругу пожелали соседям справа того, что находили важным для себя в эти дни, потом обнялись все вместе, сопроводив это хоровым «Buen Camino» и разошлись. Мой ярус уже вовсю храпел. Заснул и я, причем довольно быстро, то ли от того что рядом спала Жеральдин, к чьему соседству я уже начал привыкать, то ли от того что на завтра был намечен довольно длинный и сложный маршрут.

Дистанция за день: 29 км.

---

«Каталанский» Джузеппе пытается быть похожим на памятник пилигриму.




Ужин в Граньоне. В конце стола справа можно попытаться разглядеть Антона.




У Даниеле смотрите фотографии с 91 по 98.

Tags: camino
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments