areopagitus (areopagitus) wrote,
areopagitus
areopagitus

Мой Камино. День 1.

Памплона — Пуэнте ла Рейна.

Первые пилигримы зашевелились с подъемом аж в 6 утра. Мы зашевелились где-то на час позже и покидали альберге выспавшимися, хоть и в последних рядах. Завтракали выпечкой и кафе-кон-лече в старом городе. В лавке напротив кафе купили «виейры» — раковины каких-то моллюсков, символ пилигримов. Когда-то в средние века пилигримы начали вшивать их в одежду, чтоб отличаться от обычных путников. Их отличали и не трогали, потому что грабить пилигрима грешно. В настоящее время грабить пилигрима, при нынешней их экипировке, стало еще и опасно, а отличать их от обычных пешеходов стало просто, по наличию рюкзака и фляги. Но раковины все равно в ходу, как дань традиции, как символ.

Из старого города на Камино выходили по стрелкам.

В средние века, при тогдашнем уровне развития урбанистики, найти направление Камино было не так сложно, как сейчас, например, в промышленной части Бургоса. Поэтому, со временем у Камино появился еще один символ — желтая стрела. Ее рисуют пилигримы на развилках дорог, перекрестках, просто стенах домов и телеграфных столбах, так чтобы, все, кто идут позже, не метались с вопросами и не пялились в бесполезную карту. В последнее время желтую стрелу взяли на вооружение хозяева кафе и частных альберге, вырисовывая маршрут Камино так, чтобы он проходил именно мимо их гешефта. Пилигримы в отместку решили называть вещи своими именами и стали приписывать к стрелкам доп. информацию, чтобы человек заранее знал, куда идет. В городах, особенно в старой части, направление Камино отмечался бронзовыми раковинами, вмурованными в плиты мостовой, или керамическими раковинами на стенах домов.

Последние строения Памплоны сменились проселочной дорогой, окруженной панорамой гор, и стройной цепочкой пилигримов на ней. Мы шли довольно быстро, стараясь оправдать поздний подъем, параллельно осматривая экипировку путников. Большинство из них шли в футболках из микропоры, ботинках с каучуковой подошвой, с рюкзаками с регулируемой высотой креплений, с посохами для «nordic walking». Причем в поединке брендов в большинстве случаев побеждала «Quechua» — дочерняя марка «Decathlon». Где-то на пятый день пути мне показалось, что Камино де Сантьяго это вообще один глобальный «product placement» «Quechua» и «Jack Wolfskin». Мы же особо не готовились и шли в обычных шортах и майках, особо позаботившись, разве что, об обуви. Я взял две пары, надеясь убить одну. В тот день, зная что будет жарко, одел сандали на босу ногу. И это было первой моей ошибкой, определившей следующие несколько дней пути. Поначалу шлось легко, ближе к горам ноги запылились и начало тереть. Разгоряченные ходьбой ноги этого не поняли. Только дойдя до альберге и разувшись я понял что натворил: на обеих подошвах ступней были здоровенные мозоли, которые, начавшись с маленьких, от постоянного давления, разрослись и покрывали вообще всю полезную площадь стопы. Успокаивало только то, что была вторая пара обуви, которой можно было чередовать мучения, и факт, что мозоли были в первые дни вообще у всех ходоков, хотя и меньшие.

Мы остановились в городке, который я не рискну транслитерировать — Zariquiegui — набрать воды в колодце, где нам встретился наш вчерашний знакомый с крыльца альберге. Он был с женой. Разговорились. Оказалось что они из США, очень любят пеший туризм, два года назад вместе прошли «Appalachian trail» и приехали в Камино примерно за тем же.

Мы дошли до первого перевала и сделали привал первый раз за 4 часа ходьбы. Поджидая Антона (у нас с ним естественно оказалась разная скорость ходьбы — он шел в штанах, а не в шортах, его рюкзак весил 14 кг, против моих 11, да и сам Антон был тяжелее меня) я успел сделать первые снимки окрестностей.

Первые после Памплоны печати мы поставили в кафе Утерги, куда зашли перекусить. Устроились на террасе. Пока я тянул холодную колу и ждал бокадильо (bocadillo — сэндвич) с тортильей, за столик попросился бородач. Разговорились и с ним. Новый знакомец оказался сабром из Израиля и сразу, глядя на нашу экипировку, стал расспрашивать о наших опытах ходьбы пешком, параллельно рассказывая о своих. Оказалось, что и он два года назад прошел «Appalachian trail». «Ничего себе совпадение», — сказал я, — «Я час назад говорил с человеком, который шел в один год с Вами и по одному и тому же маршруту». «Хех, было бы интересно на него посмотреть», — отозвался сабр. Стоит ли говорить, что именно в этот момент на террасу зашел американец с женой. Представив их друг другу, я незамедлительно подкинул тему для разговора. Вскинув брови от удивления, американец протянул руку представляясь:
— Trashman, — и, указав на жену, — Snowball.
— French Connection, — представился сабр. И тут мы выяснили, что на «Appalachian trail» имен не существует, а каждому дается кличка исходя из каких-то особенностей поведения. Американец любил собирать мусор, а сабр все время говорил о Франции.
— Слушай, дружище, да ты ведь шел впереди меня на пару дней! Это ведь ты оставлял записи на иврите в местах остановок!

Так произошла первая встреча с обратной стороной Камино, стороной загадочной, даже, магической, скрытой от посторонних глаз и доступной каждому поодиночке, потому что только он один мог свести личные воспоминания с ходом последних событий и вновь открывшихся фактов и понять действительный смысл происходящего.

Новые знакомые предались воспоминаниям. Нам принесли бокадильос. Помолчали, пожевали. Trashman и Snowball пошли поставить печати. French Connection вернул разговор на опыт хождения на длинные дистанции и спросил о наших планах касательно всего Камино де Сантьяго. Услышав, что мы собираемся пройти 750 км за три недели, он заявил, что при нашем уровне подготовки это невозможно и посоветовал если не бросить затею, то, во всяком случае, взять автобус, ибо пешком мы все не пройдем. Не оценив советов по достоинству, мы раскланялись и продолжили путь.

Через несколько километров нам встретился еще один городок: полупустой, как многие испанские городки во время сиесты, с обязательной церковью с тенистым двориком и каменной скамейкой, на которой два пилигрима держали по-французски консилиум по поводу мозолей третьего. Какая-то девица, стоя на площади перед церковью беспомощно крутила головой, тихо причитая по-немецки. Сверили карты, нашли указатель, дождались Антона. Немку звали Аней, она начала на три дня раньше нас, во французских Пиренеях и собиралась закончить в Финистерре, на 80 км западнее Сантьяго.

Само физическое понятие Камино де Сантьяго не ограничивается конкретной дистанцией на конкретном маршруте. Во всяком случае, теперь не ограничивается. К гробнице апостола Иакова, с момента ее обнаружения, люди шли из разных концов Европы, по максимально удобным и безопасным тропам. Французы (Camino Frances) шли через Ронсесвальес, Бургос и Леон, англичане (Camino Ingles) — кораблем до Феррола и оттуда пешком до Сантьяго, португальцы (Camino Portugues) — пешком из Лиссабона и Порто, по берегу океана. Из наиболее известных есть еще Camino del Norte — из Уркеры, по самому северу Испании, по побережью Бискайского залива, и Via de la Plata — из Севильи. Но поскольку возможность паломничества ко гробу Св. Иакова появилась у христиан только после начала Реконкисты — отвоевания Пиренейской полустрова у мавров — а начали ее из Франции, то первым Камино де Сантьяго стал французский, он же остается самым известным. На картах он начинается либо из Ронсесвальеса, либо из Сан-Жан Пье-де-Пора.

В духовном плане, Камино должен бы начинаться непосредственно от дверей дома и заканчиваться в соборе Сантьяго. По-крайней мере так было в Средние века, когда из доступных средств передвижения у среднего еропейца, в большинстве случаев были собственные ноги и реже — конь или осел. И, понятное дело, никакой карты. Нам за эти три недели попадались и такие пилигримы.

В метафизическом плане, как утверждали еще несколько моих спутников, Камино де Сантьяго начинается с того момента, когда человек встает на путь поиска истины и заканчивается, когда человек с него уходит, по собственной воле или же против нее.

Аня тут же нашла какой-то драный зонт в кустах и принялась скакать вокруг него с камерой, а мы устремились в последний на сегодня переход и через еще несколько километров пыли и солнца вошли в Пуэнте ла Рейна — небольшой аккуратный городок, возникший вокруг моста, построенного еще римлянами для нужд логистики.
Двухэтажный альберге на 70 коек с кухней и садом, находился прямо на входе в город. Заселившись и приведя себя в порядок, мы вышли в город купить еды. Вернулись, встретили во дворике Аню, которая поселилась даже в одной с нами комнате, решили заняться чем-нибудь отвлекающим и я, не придумав ничего умнее, предложил научить Антона жонглировать, заодно обкатав новые мячики. Что и сделал. Вечером мы делали сендвичи на завтра, параллельно переговариваясь с другими пилигримами. Все шли из Пиреней. Только одна чешка шла из Арагона, а Пуэнте ла Рейна оказался тем самым местом, где два Камино сходятся. Разговорились о причинах приведших нас в Камино. В это время какой-то усатый немчин громко готовил ужин на толпу из 15 человек, среди которых немцы же и преобладали.

К слову сказать, немцы вообще в Камино преобладали: если не 60%, то точно половина пилигримов были из Германии. Примерно одна треть были из Франции и оставшиеся были из стран англоговорящих. Периодически попадались испанцы. Но они обычно не шли Камино целиком, предпочитая дробить его на уикенды и проходить частями, по 50-60 км, возвращаясь каждый раз в место последней остановки. Им в этом плане было проще — не надо летать за границу и высчитывать дни отпуска. Но при этом было и сложнее — каждому испанцу хотя бы раз в жизни надо пройти любой из Камино. Традиция, понимаешь.

Спать мы легли около 10 часов. Подъем был назначен на 6 утра.

Дистанция за день: 28 км.

---

На выходе из Памплоны.






Такие сообщения пилигримы оставляли новым знакомым. Или почти такие же: нехитрые граффити, записи в гестбуках в альберге, реже, в виде лоскутов ткани на ветках деревьев, камешков — кто как понимал отсылку и получение.




Перевал. Инсталляция, демонстрирующая антропологию пилигримства. Читайте слева направо.




Памплона и Пиренеи — позади.




Наварра и, где-то на горизонте, Риоха.
Справа в кадре — автострада, которая так и зовется «Camino de Santiago». Начинается она в Памплоне под маркировкой A-12, в Нахере ее сменяет N-120, а между Бургосом и Леоном — A-231.




У Даниеле смотрите фотографии с 36 по 55.
Tags: camino
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments